Toyota Caldina «BlackFire»

 

Владелец (уже бывший): Abbath г. Иркутск

От смрадного духа перегоревшего масла и керосина першило в горле. Часы показывали далеко за полночь, но раскаленный за день асфальт все еще хранил дневное тепло. Вдоль взлетной полосы мерцали синие огоньки, придавая месту вполне респектабельный вид аэропорта двадцатого века. Дождавшись кейс с документами и проводив взглядом самолет, на котором прилетал курьер, Аббат с иронией усмехнулся про себя, заметив странную машину, подозрительно долго стоявшую в тени деревьев. Уже не раз при перевозке секретных вещей и документов он уходил от таких. Они никогда не нападают в людных местах, предпочитая заброшенные и отдаленные районы, через которые непременно пролегал путь Аббата. Пока еще ни разу наемным охотникам не удалось перехватить его. Но в этот раз следовало быть очень осторожным. Если документы, лежащие в кейсе, попадут в руки охотникам, то его машина больше не будет представлять угрозу для них. Всего два человека в мире знало о содержании этих листов, испещренных записями. Непременно, в этот раз — это охота за ним и его машиной — Toyota Caldina «BlackFire».

Быстрым шагом пройдя к машине, Аббат погрузился в черное сиденье, закрыл дверь и завел машину. Свет дополнительных датчиков и магнитолы заполнил салон. Взвизгнув шинами, машина начала движение. Через пару минут Аббат заметил темный силуэт, двигавшийся за ним на небольшом отдалении. Интуиция снова не подвела его, предстоит горячая поездка, подумал Аббат и выключил музыку, которая помогала ему скоротать время в пути. Но в таких ситуациях она только мешала сосредоточиться на дороге и скорости.

Калдина подъезжала к окраинам Иркутска. Плотина через Ангару была освещена фонарями, испускавшими маслянистый желтый свет. На улице не было ни души. Лишь иногда попадались одинокие такси. Тойота свернула на байкальский тракт и, прибавив скорость, понеслась в сторону Байкала. Именно там, в гараже, его ждали.
Теперь уже машина преследователей не скрывалась во тьме и ехала немного позади, включив фары. В этот момент Аббат забыл про охотников, перед ним была только черная полоса асфальта, петлявшая меж деревьев и холмов. Места здесь были мрачные и безлюдные.

Пока все складывалось благополучно. Скоро он прибудет на место, где сможет отдохнуть, а дипломат будет себе спокойно полеживать в сейфе. Очередной выжим сцепления сопроводился звуком, характерным для многодисковой металлокерамики, и, переключив передачу, машина продолжила набирать скорость. Аббату нравилось переключать передачи короткоходной кулисой, минимум движений и четкое включение, именно на этом он остановил свой выбор, несмотря на немного увеличившуюся жесткость переключений. Впереди был крутой поворот, змеёй уходящий наверх, немного задумавшись, Аббат чуть не пропустил его, но четырехпоршневые тормоза вкупе с упором тормозного цилиндра позволили благополучно миновать его.

Преследовавшая его машина начала потихоньку догонять, заставив Аббата прибавить скорость. Установка более производительной турбины и фронтального интеркулера позволяла не задумываться о максимальной скорости, а давление наддува в 1,2 бара позволяло очень быстро ускоряться даже на довольно коротких прямиках, не позволяя охотникам оттереть Черный Огонь на обочину. Согласно отображаемой информации RSM Apexi, скорость давно миновала отметку 200 км/час. Эта информация заставила пилота пробежаться по показаниям датчиков системы жизнедеятельности двигателя. Все показатели были в норме, однако температура масла начала потихоньку расти, и в данный момент составляла 110 градусов. Еще есть запас несколько градусов, сказал сам себе Аббат, нужно лишь немного потерпеть. В очередной раз он корил себя за то, что так и не поставил маслоохладитель. Как раз в таких ситуациях он был просто необходим, а уйти от погони ценой поломанного двигателя не было ни малейшего желания. Хорошо хоть есть охладитель масла коробки передач, одной головной болью меньше.

Прописывать повороты на большой скорости помогали спортивные стойки и усиленные стабилизаторы. На этом отрезке пути машина преследователей немного отстала. На какое-то мгновенье Аббату показалось, что ему удалось стряхнуть их с хвоста, но на прямых участках все еще был виден свет фар в зеркалах.

Влетая в очередной слепой левый поворот, Аббат краем глаза увидел огромный тягач, который, пыхтя, потихоньку двигался ему на встречу. Он перевозил что-то очень огромное, что именно, Аббат не успел разглядеть, он лишь увидел, что трал занимает добрых две трети всего дорожного полотна. Выбор был невелик, либо врезаться в эту громадину, либо попытаться объехать по самому краю дороги. Резко дернув руль вправо, Аббат направил машину по белой линии, обозначавшую край асфальта. И тут, слики Yokohama, до этого позволявшие отрываться от преследователей, сыграли с ним злую шутку. Край дороги, по которому почти никто не ездит, был покрыт пылью и мелкими песчинками. Машину начало тянуть в сторону обочины. Попытки вернуть ее обратно на траекторию ни к чему не привели. Оставив на асфальте два черных следа левыми шинами, Калдина продолжала по инерции двигаться, потом замерла на самом краю обочины, вывесив правые колеса. Аббат мысленно поблагодарил своего ангела хранителя, ведь кончиться могло все гораздо хуже. Немного придя в себя, Аббат осмотрелся, преследователей не было видно. Быстро заведя машину, он предпринял попытки выбраться из этой гравийной ловушки. Однако, несмотря на полный привод и блокировку дифференциала, сделать этого не удавалось. Машина плотно повисла на брюхе.

Шорох заставил Аббата пристегнуть себя титановыми наручниками к дипломату и посмотреть в окно через плечо. Внезапно дверь распахнулась, в нее просунулась голова в форменной фуражке. У появившегося из тьмы незнакомца были крохотные усики под какого-то модного артиста, глаза, налитые кровью, в руке — устрашающих размеров пугач.
— Выходи, не дергайся! Медленно! — рявкнул он по-английски.

Но Аббат сидел неподвижно, скосив глаза на упершееся ему в живот обрезанное дуло автоматической винтовки и мысленно просчитывая варианты развития событий.

В этот момент офицер, стоящий у двери, схватил его за руку и выволок из машины. Двое в штатском встали по обе стороны от Аббата. Эдакие верзилы под два метра ростом каждый, с низкими лбами, взъерошенными для устрашения усами и тупым взглядом. В руках у каждого было по винтовке. Аббат услышал голос одного из двух:
— Лейтенант сказал, что после того как отдашь кейс, можешь быть свободен.

Аббат сделал вид, будто не понимает английского. Вот такие детали иногда бывают весьма полезными и спасают жизнь. Он дал довести себя до машины без сопротивления, задавая себе единственный вопрос: чем же закончится вся эта комедия. Перед тем как втолкнуть Аббата в машину, один из конвоиров обыскал его и вытащил из-за пояса пистолет.

За рулем преследовавшего его автомобиля сидел человек в штатском. Как только все сели, машина рванула с места.
— Куда мы едем? — спросил для проформы Аббат. Оба верзилы даже не потрудились ответить. Машина круто свернула с дороги и запрыгала по неровной почве.

Он продолжал сжимать ручку дипломата. Машина проехала еще немного и остановилась. Конвоир, сидевший слева, открыл дверь и вышвырнул Аббата наружу. Это было как раз то, чего он боялся. Остановка была сделана в совершенно пустынном месте, лишь вдалеке мерцали огни Иркутска.

Аббат напрягся, рассчитывая воспользоваться темнотой, чтобы сбежать, но ему не дали сделать и шага. Один из верзил обхватил его сзади и прижал обе руки к туловищу. Этот тип обладал невероятной силой. Аббат не мог ни вздохнуть, ни шевельнуться. Другой конвоир вывернул ему руку. Перехватив дипломат, он изо всех сил ударил Аббата ногой в живот. Тот охнул, разжал пальцы, и дипломат остался у верзилы. В тот же миг державший его сзади ослабил хватку и отпустил Аббата, в то время как второй каким-то образом отстегнул наручники. Каким, Аббат уже был понять не в состоянии. Еще один удар пришелся ему по голове, и он свалился на каменистую землю.

Атмосфера душного и тесного помещения, которое, по ощущениям его гостей, затерялось где-то в недрах земли, действовала также, словно сверху на тебя давит огромная водная масса. Обстановка была спартанской — стол, два железных стула по его краям, и настольная лампа. Окон не было, лишь слышен шум работающей вентиляции. Руки Аббата были связаны за спинкой стула. Его разорванная рубашка едва скрывала следы побоев, а левая половина лица представляла собой кровавое месиво.

В течение нескольких дней шифровальщики безрезультатно пытались прочитать текст, изъятый из дипломата. По неподтвержденным данным он содержал полный перечень оборудования, установленного на машине — Тойота Калдина «Черный огонь», а также, самое главное, боевые настройки систем жизнедеятельности автомобиля. Поскольку люди оказались бессильны, обратились к машинам. Но в данном случае эта чудо-машина изрыгала километры магнитной ленты без всякого смысла. Таким образом, код остался неразгаданным. Буквы были расположены весьма необычным образом. Цифра пятьдесят шесть соответствовала квадрату, а четырнадцать — его сторонам. В каждом углу квадрата размещались разные идеограммы. Внутри квадрата помещался восьмиугольник из идеограмм. И, наконец, посередине одна-единственная идеограмма в ромбике.

… действие «сыворотки правды» подходило к концу, а довольный надзиратель еще раз прогонял запись допроса на диктофоне…

Запинающийся в начале, но со временем окрепший голос вещал на пленке:

«Автомобиль Toyota Caldina GT-T 2000 г.в. был куплен в июле 2006 года в полном стоковом состоянии, и дальнейшие 2 года прошли под знаком борьбы с этим состоянием. Заложенная в двигатель мощность изначально велика для установленной с завода подвески и тормозов. Также приборы для мониторинга состояния двигателя отсутствовали как класс. Другими словами, это был быстрый автомобиль для поездок на дачу.

Начало движения по тернистому пути тюнинга началось с установки дополнительных измерительных приборов и бустконтроллера:

Defi (температура выхлопа, давление масла и топлива)
AutoGauge (температура масла и ОЖ, состав смеси)
Apexi (Rev/Speed Meter универсальный измерительные прибор со множеством полезных функций)
Бустконтроллер GReddy Profec B Spec II

Далее, во время езды на стоковой турбине СТ20 и нестоковом давлении, поднятом с помощью бустконтроллера до 1,1 кг, было установлено рекордное для данной машины время на 402 метра — 13,78 секунды, после чего была произведена довольно серьезная модернизация агрегатной части:
Турбина GReddy td06-20g
Фронтальный кулер OBX
Впуск Нулевик Apexi
Фронтпайп и даунпайп WinTech Perf
Термообмотка даунпайпа и патрубков кулера Sard
Выпускной коллектор от Toyota Celica 205
Выпуск (средняя и задняя части) Apexi N1
Блоуофф Turbosmart
Топливный насос Walbro 255 lh
Регулятор давления топлива Sard
Свечи Sard Racing ISO-08
Масляный фильтр GReddy
Маслоуловитель GReddy
Блок управления двигателем GReddy E-Manage Ultimate

После данных переделок и настроек программ управления двигателем время на 402 метра составило 12,8 секунд. А постоянный полный привод вкупе с небольшим весом и мощностью 360 л.с. делает просто потрясающей динамику разгона на любом виде покрытия от льда до асфальта. Хоть машина и стоилась для каждодневного перемещения, а не для соревнований, она успела побывать на нескольких соревнованиях по драг-рейсингу в 2007 и 2008 годах. И, надо сказать, не ударила в грязь лицом. В 2007 году на Татышев Рейсинге в Красноярске было занято 4 место в третьем классе. Чуть позже, в сентябре 2007 года, на соревнованиях Иркутской области по драгу в городе Усолье-Сибирское было занято 3-е место в абсолютном классе. 2008 год начался тоже неплохо. Первый этап Татышев Рейсинга принес машине 4-е место, лишь поломка трансмиссии, возможно, не позволила выйти в финал в 3-м классе.

Конечно, полученную мощность переварить стоковое сцепление просто не смогло бы, ввиду чего была произведена модернизация этой части трансмиссии:2-дисковая металлокерамика OS Giken заняла свое законное место
Короткоходная кулиса переключения передач TRDНезначительной доработки подвергся внешний вид автомобиля:Карбоновый капот GARDA Sport
Замки капота Sparco
Решетка радиатора TRD
Переделанный под фронтальный кулер передний бамперАудиосистема автомобиля включает в себя:Головное устройство JVC
Усилители: Soundstream (2-канальный на сабвуфер),
SPL — (4-канальный на фронтальные и тыловые динамики)
Динамики: впереди — Hifonics 2-компонентные (16,5 см 150 ватт),
тыловые — MBQuart 2-компонентные (16,5 см 100 ватт)
Вибро-шумоизоляция передних и задних дверей
Сабвуфер Vibe Black Air II+ 12 EVO Twin (1 600 ватт)
Конденсатор Stinger 1Фарад
Гелиевый аккумулятор Optima (перенесен в багажник)


Надзиратель интуитивно понимал, что из изнеможенного допрашиваемого он получил далеко не все. Но продолжать допрос пока было бессмысленно — обессиленный, Аббат был не в силах держать голову прямо. Видя это, надзиратель подал знак своим ассистентам, которые, словно материализовавшись из воздуха, подошли к Аббату, и, взяв его под локти, поволокли прочь из «саркофага».

«Двойное обеспечение» — было кредо работы Надзирателя. Помимо захваченного пилота, он располагал и самим объектом, ради которого и была развернута целая операция по захвату — автомобиля BlackFire.

Исполинских размеров ангар был залит светом люминесцентных ламп. Прямо посередине всей конструкции стоял подъёмник, на котором в полутора метрах от земли был подвешен Автомобиль, вокруг которого толпились люди в белых халатах. В руках каждого был планшет и фонарик. Два человека находились непосредственно под машиной, где с помощью фонариков проводили осмотр, одновременно делая записи об установленных деталях:

«Глобальной доработке подверглась тормозная система и элементы устойчивости Toyota Caldina GT-T:

Адаптированная тормозная система от Nissan Skyline GTS (спереди 4-поршневая, сзади 2-поршневая)
Распорки кузова Cusco (верхние — передняя и задняя и нижняя — передняя)

Программа тюнинга включила в себя усовершенствование подвески:

Спортивные стойки D2 Racing (регулируемые жесткость и клиренс)
Усиленные стабилизаторы поперечной устойчивости Cusco
Полиуретановые втулки переднего и заднего стабилизаторов
18-дюймовые колесные диски Yokohama Advan Kreuzer X на резине Sumitomo 225/40
R18

Он не скрывал своей глубокой симпатии, а может и любви, которая превозмогает боль и усталость, к своему железному детищу, «воспитанному» как настоящий мужчина, как истинный победитель. Каким-то неведомым образом, освободившись от оков и ускользнув от охраны, Аббат плелся, то и дело, спотыкаясь и чуть не падая, по длинным коридорам бункера. Целиком и полностью положившись на чувства, которые вели его к заветной цели, он буквально ввалился в нужную дверь, повиснув на ручке. В глаза ударил яркий свет, но, постепенно адаптируясь, он разглядел черный силуэт. Сказалось действие химии, используемой для получения правды, и на мгновение Аббату представился дракон, находящийся в центре огромной светлой комнаты. Бронированный бока тяжело вздымались от дыхания, из ноздрей выходил горячий пар. Готовый ринуться в атаку, дракон, тем не менее, ждал, ждал своего хозяина. Собрав всю волю в кулак, Аббат предпринял последний рывок к цели.

Приветливо вспыхнули огни, заурчал мотор. Аббат понимал, что часть секретов его машины были раскрыты, но это была лишь часть, причем меньшая. Очень плавно и вальяжно, сохраняя присущее ему достоинство, BlackFire начал своё движение. Оказывать честь своему врагу и сопернику — это дело принципа. Но лишь на короткое мгновение. Раздался визг шин, эхом раскатившийся на весь ангар и бункер, с нарастающим ревом, бронированный черный дракон ринулся на свободу.

Аббат даже и не предполагал, что эта свобода лишь видимость, и не распознал игры «в поддавки», он буквально был «выжат» всеми этими погонями и мучениями, и на данный момент пытался насладиться своей победой.

Не знал он и о том, какое количество хитрых «приборов-жучков» находится сейчас в чреве его дракона, и о том, что каждый его шаг теперь виден преследователям и без бешеных скоростей, погонь, слежек и адреналина.

Ни одна электрическая цепь управления двигателем не ушла от всевидящего ока хитрых датчиков, кроме, разве что, заводских электронных систем, которые и так были известны и неинтересны никому.

А в это время два темных силуэта, в теперь уже тихом и спокойном полумраке бункера, сидели перед парой мониторов и занимались своим обычным делом — распутыванием хитросплетений сигналов и раскладыванием их «по полочкам» своих таблиц. Они просто занимались своей работой, спокойно и неторопливо просеивая зерна информации через электронные сетки таблиц и графиков. Для человека несведущего все эти цифры, черточки и загогулинки не значили ровным счетом ничего, но только не для них. Иногда они делали пометки на бумаге, отрывались от мониторов и о чем-то дискутировали время от времени, чтобы позже объединить всю эту гору информации в одно целое, раскрыв чужие секреты.

Аббат даже не чувствовал изменений в настройках своего «Черного Огня», посылаемые людьми, чуть было не убившими его, для того чтобы понять, как реагирует машина на то или иное вмешательство. Невидимые теперь преследователи записывали данные байт за байтом, и узнавали о Калдине все больше и больше. С каждой минутой секретов становилось все меньше и меньше.

Два силуэта перед мониторами начинали в нетерпении переминаться в своих креслах, периодически отхлебывая из таких же, как все в этом бункере, серых чашек очередной глоток крепкого кофе, и выкуривая сигарету, дым которой мощная система контроля климата уносила уже с момента его появления. Периодически перекидываясь парой фраз, эти две фигуры словно были частью всей той аппаратуры, которая находилась здесь, такие же точные методичные действия, такая же скрупулезность расчетов.

Все, секретов больше нет, и их хозяин об этом не знает.

Все… секретов больше нет… и их хозяин об этом не знает… но так думали лишь они.

Пелена тумана все еще продолжала застилать глаза, но Аббат упорно продолжал ехать в сторону города, туда, где на данный момент было единственное его спасение, укрытие для «Черного Огня» — Станция. Так для конспирации его товарищи называли место постройки и стоянки всех тюнинговых тачек города.

Чем дольше он ехал, тем явственней стали проступать очертания окружающей местности, благо она была настолько ему знакомая, настолько родная, ведь Аббат родился и вырос здесь, что не имело значения в каком состоянии ездить по этим петляющим закоулкам Иркутска.

Сладковатый привкус во рту, все явственней проступал сквозь рецепторы. Еще в школе выживания его учили, что первое, что вы почувствуете, когда отойдете от воздействия «сыворотки правды» — это ненавязчиво-сладковатый привкус во рту. Но Аббат был к этому готов, он не был настолько глуп, чтобы не понять, его просто так никто и никогда не отпустит, если когда-нибудь поймают. Он слишком любил свою машину и слишком хорошо ее чувствовал, чтобы не заметить, не почувствовать пусть мизерное, но изменение поведения своей машины. Он чувствовал ее так же сильно, как чувствуют друг друга близнецы даже за много тысяч километров, как мать чувствует своего ребенка. На Станцию, вертелось в его гудящей голове, на Станцию и как можно скорее.

Станция представляла собой небольшое, но уютное помещение, располагавшееся на одном из подземных этажей гигантского заброшенного заводского комплекса построенного еще в начале прошлого века. Место было выбрано не случайно, огромная территория имела множество въездов и выездов, вдобавок, массивные блоки из железа и бетона экранировали и не пропускали радиоволны, по которым можно было точно вычислить местонахождение Станции. Вдобавок в горе, за которой располагался завод, были огромные залежи железа, что так же вносило свою лепту в невидимость Станции. Полиция же предпочитала сюда не соваться без крайней необходимости, ведь помимо безобидных, но шумных рэйсеров, тут обитал весь сброд общества – бандиты, бомжи, просто умалишенные, готовые в любой момент на любой поступок, любую подлость — убить ради бутылочки с чистой, не зараженной водой не считалось преступлением, а лишь показателем силы. У этого всего, был, пожалуй, лишь один минус, вся территория была отрезана от радио общения с внешним миром. Но рэйсеры научились уживаться с необычным обществом, в обмен на покровительство и мирное сосуществование Аббат и некоторые парни выполняли их задания, порой смертельно опасные, но что делать, за все в жизни приходится платить. Порой эта плата бывает очень велика.

Сзади не было никого, привычка всегда смотреть в зеркало сворачивая к заводу выработалась с годами, впрочем было еще достаточно темно, для того чтобы Калдина начала выделяться из общего мрачно-серого вида города и привлекать к себе не нужное внимание силовых структур. Немного поплутав по заводу, Аббат спустился по бетонной дороге на несколько этажей под землю. Двери Станции бесшумно открылись, всем видом приглашая уставшего дракона и наездника внутрь. Впустив машину, они так же бесшумно закрылись. Снаружи, толстенные двери Станции ничем не отличались от сотен, а может быть тысяч дверей этого гигантского комплекса, такие же ржаво-коричневые, такие же массивные, такие же безликие. Единственное средство безопасности – это камеры наружного наблюдения, как только «Черный огонь» въехал на территорию, он был под прицелом нескольких камер, умело замаскированных от посторонних глаз. Вот почему Аббат не подал никакого условного знака своим товарищам.

Что случилось? Почему ты не отвечал на звонки? — спрашивали его наперебой обитатели Станции. Мы весь город поставили на уши, но не смогли тебя найти.
Аббат выглядел ужасно, многочисленные ссадины, синяки, порванная одежда – все это говорило без слов. Он доплелся до старого кожаного дивана и рухнул в него как подкошенный.
Нас поймали, — невнятно и устало произнес он.
Жаль, — сказал Старый.
Андрея хоть и называли так, но отнюдь не в силу возраста, а того огромного опыта в постройке эксклюзивных машин в этом мегаполисе. В свои сорок с небольшим лет он отлично ориентировался во всех вопросах касательно любой машины. И мог поставить практически любую деталь в любой автомобиль. Его возможности были лишь ограничены фантазиями, а иногда кошельками заказчиков.
Она была нам крайне полезной. Но я полагаю, что это неизбежно бы случилось.
Аббат чувствовал себя разбитым и опустошенным.
Действительно… неизбежно…
Ты приходи в себя, у меня есть планы на твою машину, — сказал Старый. Ее еще рано списывать со счетов… А насчет жучков не переживай, ни один сигнал не выйдет из этого места…
Последнее предложение Аббат слушал уже сквозь дрему.

Внезапно на мониторах вместо цифр и кривых появились нули и ровные линии. Замигал красный прямоугольник и надписью – Сигнал потерян. Не может быть… Как такое возможно… У нас были новейшие датчики сигнал которых невозможно, почти невозможно заглушить. От такого неожиданного поворота событий они даже не заметили, как разбилась выпавшая из рук кружка с горячим кофе, как недокуренная сигарета уже начала обжигать пальцы курящего. Судорожно застучали двадцать пальцев по белым клавишам клавиатур в поисках резервных частот, в попытках сделать хоть что-то.
У них были причины торопиться. Шло время, а результата не было. Машина, за которой они охотились больше года, вся жизнь которой была на расстоянии вытянутой руки ускользнула от них так толком и не дав насладиться своим превосходством, своим гением над «Черным Огнем». Неизвестно что для этих двух людей было страшнее – жестокость их шефа или уязвленное самолюбие. Руки пытались найти частоты, на которых можно было попытаться поймать сигнал, глаза выискивали в обрывках их записей хоть какую-то полезную информацию. Но все тщетно. Разум каждого из них понимал, это конец. Комнату наполнила гробовая тишина.

В черепной коробке беспорядочно сталкивались мысли. Был только один способ определенным образом обеспечить их безопасность, перестроить мотор и электронику машины…
Не успел Аббат проснуться и осознать положение дел как Старый сунул ему листок бумаги, испещренный многочисленными записями. Я набросал план работ, — протянул он. Посмотри, может можно что-то поменять или сделать по-другому.
Бегло ознакомившись с содержимым, Аббат сделал несколько пометок и вернул листок. В свою очередь, Старый утвердительно кивнул и быстро удалился в техзону.

Разум еще предупреждал его об опасности. Он сунул голову в пасть льву… Но, в конце концов, он их немало повидал на дорогах. И всегда выигрывал. Да и процесс по усовершенствованию Черного Огня уже запущен. В правилах Аббата не было пункта об отступлении перед трудностями.

Углубленный в свои размышления Аббат почувствовал, что его ласкает чья-то нежная рука. Он отстранился.
Ты должна оказать мне услугу, на этот раз я хочу самую опасную работу, — сказал он. Я сейчас переделываю тачку и хочу ее проверить на все сто процентов.
Наташа любезно рассмеялась.
Ты мне друг, и ты это знаешь. Чего ты хочешь?
Ее притягивала его сила, решительность и отчаянность. Ей нравилось прижиматься к нему в «Станции», чтобы все знали, что она спит с ним. К тому же, она была посредником во всех более-менее опасных, но прибыльных заказах.
Он внезапно забыл, о чем хотел попросить. Наташа нарочно улеглась на живот, и ее зад образовал почти совершенный полукруг. Под взглядом Аббата она еще более прогнулась. Ее поглаживания с рук переместились на его накачанную грудь. Затем скользнули вниз по торсу. Наташа принялась расстегивать его джинсы, что-то шепча на ухо.
Аббат остановил ее жестом.
Ты хочешь заработать на пару тысяч долларов больше обычного? – тихо спросил он.
Наташа хитро улыбнулась. Деньги она любила. Но, зная Аббата, понимала, что их еще следовало заслужить. Ведь он очень подозрительно относился к каждому заданию, проверяя их на подставы. Порой эта осторожность граничила с манией преследования. Но лучше уж так, чем быть схваченным.
Смотря за что, мой сладкий. Она была тоже осторожна в общении с ним.
Аббат невольно огляделся, не подслушивает ли их кто-нибудь. Он не исключал теперь утечку информации даже среди своих. То, о чем он собирался попросить, немного выходило за рамки его обычных требований.
На огромном, как небо, плазменном экране шел какой-то фильм про гонки.
Вдруг Аббат разнервничался. У него ужасно разболелась голова.
Давай свалим отсюда, — сказал он. Мне хочется на свежий воздух. Наташа послушно встала. Пройдя через черный ход по многочисленным коридорам и лестницам они, наконец, вышли на балкон, освещенный бледно-красными лучами уже почти севшего солнца.
Так ты хочешь заработать пять тысяч долларов? – повторил он.
Наташа пожала плечами.
Ты знаешь девушку, которая не хотела их заработать? Если только не нужно выкинуть какую-нибудь невозможную штуку.
Для тебя это не невозможно, — пробурчал он. Даже не опасно.
Найди мне по-настоящему стоящее дело. Я хочу завязать с этим бизнесом и уехать куда-нибудь с тобой. К тому же меня уже однажды поймали. А если поймают еще раз, то церемониться уже не будут.
Хорошо, — сказала она. Есть на примете одно дело. Я уже думала об этом. Много денег скопилось от нелегальной торговли. Их хотят перевезти, но им нужен надежный парень. Можно выполнить это дело и получить неплохие премиальные, а можно…
Она подошла ближе к нему, обняла и сказала почти шепотом, — украсть. И исчезнуть в неизвестном направлении очень надолго. Их не будут искать, к тому же они нигде не фигурируют, поэтому их невозможно отследить.
Хорошо, я подумаю, — ответил Аббат. Он как всегда был чересчур осторожен.
Они спустились обратно на «Станцию». Калдина висела на подъемнике с беспомощно повисшими лапами и мирно смотрела как вокруг нее копошились люди.

Смотри, сколько жучков я достал уже, — сказал Руся показывая на кучу проводов и черных кругляшков валявшихся вокруг машины. И я подозреваю, что это еще не все.
Но ничего, я ее почищу, она будет чиста и непорочна как девственница,- с ухмылкой протянул он.
Он любил копаться в электронных внутренностях своих подопечных. Порой, сращивая несращиваемое, как нам всем казалось. Демонстрируя свой очередной шедевр, мы не переставали удивляться его гению. Такое чувство, что он уже был рожден с пучком проводов в одной и тестером в другой руке.
Скоро она преобразится, — протянул он и скрылся под капотом.

Гомер заканчивал колдовать над мотором. Поменяем только валы да прокладку, чтобы уменьшить риск детонации, — в его словах была такая уверенность, что Аббат даже не пошел смотреть в каком состоянии находится мотор. Он знал, что если за дело берется Гомер, то все будет тип-топ.
Сам мотор и трансмиссия находятся в отличном состоянии, — продолжал он. Подвеску и тормоза менять не будем, а вот колодки надо поставить более стойкие к нагреву. Эти не совсем справляются со своей задачей. Да, кстати, какого лешего ты поперся на дело на сликах? – в его голосе звучал укор. Аббат конечно же и сам понимал это прекрасно, но в ответ лишь пожал плечами. Вот посмотри, — Гомер показал на колеса машины. Диски мы оставили прежние, а вот резина Адван, кстати лучшая для наших дорог, будет очень кстати.
Ладно, я почти закончил, осталось немного, — беря в руки ключ произнес Гомер. Продолжая крутить гайки.
Аббат осмотрел пристальным взглядом машину, подбодрив её про себя, — ничего, потерпи, недолго осталось тебе мучиться. Скоро ты действительно ринешься на свободу.

Машина готова, — слова Старого вывели Аббата из дремы. Значит, смотри что мы сделали:
Очистили всю машину от передатчиков. Заменили на всякий случай «мозг», мало ли что. Но настроить его все равно придется. Поставили другие валы, с фазами 264 градуса. Прокладку заменили на 1,9мм. Как сказал Сергей, — все остальное в полном порядке. Так же перекрасили ее, что бы некоторое время на тебя не обращали внимания.
Аббат поблагодарил парней, все-таки они молодцы и хорошо знают свое дело.

Калдина стронулась с места и медленно поехала. Выехав за пределы здания и подъехав к условленному месту он увидел, что Стиф уже ждет его. Сев в машину и открыв ноутбук он лишь сказал, — поехали!
Отстроили машину на удивление быстро, всего за три часа. Сказалось конечно, что Стиф с настройкой данного компьютера на ты. Да и более толстая прокладка избавила от детонации на большом бусте и облегчила процесс настройки.
Конечно, поведение «Черного Огня» изменилось. Мощность выросла примерно на пятьдесят лошадок, а характер стал взрывным. Теперь дракон находится в полудреме на средних оборотах. Но стоит лишь чуть-чуть его пришпорить, как он просыпается от спячки и уносит тебя вперед с неистовой силой. А замена валов позволила продлить этот временной отрезок, благодаря сдвинутой к восьми тысячам отсечке по оборотам.

Выехав на задание, Аббат проверил все системы «Черного Огня». Немного погонял по заброшенной трассе, соединявшей ранее жилые, ну а теперь заброшенные города. Привык к изменившемуся поведению его машины. А в голове вертелось лишь одно, как поступить с этим заказом? И убежит ли Наташа с ним? Вдвоем. Неизвестно куда. Неизвестно как долго будут их преследовать после дерзкого поступка. Столько вопросов и почти нет ответов.

С этими мыслями «Черный Огонь» подъехал к указанному в конверте адресу. Почти напротив дома номер 24 плакат Санитарного ведомства взывал к борьбе за чистоту Иркутска более красноречиво чем любая длинная речь. «Заморите голодом одну крысу сегодня… Спасете ребенка завтра…» гласит плакат. Несмотря на это странное предупреждение улица Мира пребывала в неподдельном спокойствии в начале сухого и жаркого июльского полудня.
Усмехнувшись, Аббат перебежал улицу. Метрах в сорока от места где он оставил машину на другой стороне улицы стояла телефонная будка. Он хотел позвонить Наташе, чтобы окончательно решить, как поступить в данной ситуации. Он все еще колебался в своем решении.

Очень худая дама в желтом платье остановилась напротив 24 дома, чтобы дать помочиться своей собачке. Она воспользовалась этим, чтобы бросить тяжелый осуждающий взгляд на водителя этой громко орущей машины. По ее мнению все что громче ее голоса было громко орущее и подлежало немедленной обструкции с ее стороны.
Внутренне взывая к Господу о проклятии к этому безбожному поколению.
Она не успела закончить свою молитву.
Взрыв ужасающей силы внезапно потряс тишину улицы Мира.
К небу поднялся столб дыма и обломков, а взрывная волна отнесла худую даму и ее собачку метров на тридцать, задрав ей платье на тощих ляжках.

Взрывная волна опрокинула будку вместе с ним, от неожиданности тот ударился о телефонный аппарат и на мгновенье потерял сознание. Аббат не сразу понял, что случилось и почему он лежит в телефонной будке, а не стоит. Открыв дверь и выглянув наружу из перевернутой будки, его взору представилась ужасная картина. То тут, то там падали обломки, покрывая проезжую часть и крыши соседних домов. Поспешно затормозило такси. Из него выскочил какой-то мужчина в военной форме и побежал к разрушенному зданию. Эхо взрыва еще гудело в ушах Аббата и всех окрестных жителей улицы Мира.
Дома номер 24 больше не существовало. На месте трех этажей зияла лишь пустая дыра. Дым частично рассеялся, и можно было увидеть книжную полку со всеми ее книгами, чудом оставшуюся на общей стене на высоте второго этажа, подобно сюрреалистическому декору, свешивающемуся в пустоту.
Как ни странно, несмотря на силу взрыва, дом 26 не пострадал, тогда как в 13 доме не осталось ни одного целого стекла.
Аббат пытался сквозь дым разглядеть силуэт его машины, но пока ничего не было видно сквозь плотную пелену пыли и дыма.
С воплем выскочила женщина, покрытая строительным мусором. Из гостиницы напротив выбегали люди с истерическими криками. С разных сторон сбежались зеваки. Улицу почти полностью заволокло дымом. Темнота такая, как в восемь вечера.
Полицейская машина, случайно проезжавшая неподалеку включив сирену направилась к улице Мира.
Видимость стала немного лучше и на том месте, где Аббат оставил машину, ничего не было кроме пары искореженных обломков. Неподалеку валялось колесо и еще несколько деталей с «Черного Огня». Это был настоящий удар для него. Внезапно налетевшая слабость заставила Аббата присесть на пыльный бордюр.
Тем временем в дыму на крыши и проезжую часть плавно, как в замедленной съемке, опускались бумаги и легкие предметы.
Тощая дама с собачкой с трудом распрямилась и дернула собачку за поводок. Та умолкла от ужаса. Одна из бумаг, падавших с неба, уселась на шиньон дамы, и она подняла руку, чтобы снять ее, преисполненная отвращения. Но на ощупь бумага вдруг показалась ей знакомой. Женщина посмотрела на нее вблизи.
Это был стодолларовый банкнот.
Немного пыльный, но новый и хрустящий. Спрашивая себя, не сон ли это, тощая дама нагнулась и подобрала другую бумажку, выброшенную взрывом. Ею также оказался стодолларовый банкнот. Со сдавленным криком дама бросила поводок своей собаки и упала коленями на тротуар, стараясь ухватить банкноты, которые нес бриз. Она плакала от прилива чувств. Чудеса в Иркутске случаются редко. А ведь небо над улицей затмил дождь щедро падающих банкнот.
Почти одновременно все зеваки поняли, что с неба сыплется целое состояние. Началась неописуемая лихорадка. Люди бегали, бросались на землю, прыгали, чтобы поймать банкноты прежде, чем они упадут на землю. Шофер такси исподтишка наступил на руку тощей даме, чтобы подобрать банкнот. Никто не обратил внимания на ее крик от боли. Оба полицейских из патрульной машины, бросив взгляд на обломки, набивали свою униформу смятыми банкнотами, восхищенно матерясь. Один
из них потерял свою фуражку и даже не заметил этого.
Когда прибыли пожарные, банкноты уже перестали падать. Они принялись заливать водой все подряд, чтобы не допустить возгорания, ведь дома на улице располагались очень близко друг к другу.

Сидя на углу тротуара, Аббат все еще не мог прийти в себя от случившегося. Что это было, месть конкурентов или спланированное уничтожение «Черного Огня»? Его намерено оставили в живых или это проведение? Можно ли доверять Наташе, ведь только она знала про этот адрес? Много вопросов крутилось во все еще звенящей голове Аббата. Он собрался с мыслями. Медленно поднялся, ноги все еще были ватными, нет, не от усталости, но от морального опустошения, и побрел вдоль по улице, в сторону, противоположную могиле его дракона «Черного Огня».

Прощай, прощай мой напарник. Теперь – навсегда.

Добавить комментарий